Millenium

Объявление


Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Palantir

Июнь 2998 года.

На пороге нового тысячелетия человечество борется за выживание в единственном уцелевшем городе, окруженном негостеприимным пост-ядерным миром. Управление осуществляется с ОС "Миллениум", где в уюте и безопасности обитают "сливки общества". На Земле назревает недовольство, изнутри подогреваемое силами Сопротивления, а снаружи - Изгнанниками, мутантами, наделенными сверхспособностями.


Игру ведут:


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Millenium » Архив эпизодов » Все тайны младшей сестры


Все тайны младшей сестры

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

Название: Все тайны младшей сестры
Участники: Jack Hayes, Jane Hayes
Время действия: 10 мая 2998, глубокая ночь
Место действия: дом Хэйсов
Описание эпизода.
Все тайное становится явным, так или иначе, рано или поздно.

Отредактировано Jane Hayes (2016-06-24 19:04:30)

+1

2

Черт, черт, черт! Я когда-нибудь ее сам убью! Или запру в комнате в смирительной рубашке. И как я, по-твоему, должен бросить курить, а Джейн? Когда ты мне изо дня в день преподносишь сюрприз за сюрпризом.
- Джек, ты не видел Джейн? Она, кажется, сломала ногу или что-то подобное. Ее домой отправили, - отличное начало окончания дежурства. Разумеется после таких слов я сел в машину и на всей скорости полетел домой. Хорошо, удостоверение дает мне возможность пользоваться служебной машиной и  гонять на ней по городу. Иначе, первый же пост принял бы меня с распростертыми объятьями. "Красный", ну хоть успею закурить. В который раз.
Что произошло? Как она сломала ногу? Где ее опять носило? Проклятье! Конечно, такое может случиться с каждым, но у Джейн какая-то феноменальная способность притягивать неприятности. Всякий раз я поражаюсь, как она умудряется на ровном месте вляпаться. Она еще ребенком била все рекорды непоседливости. Тихо посидеть было не про нее. А уж сколько она шишек набила! Даже я со своим боксом не мог составить ей конкуренцию. А уж что говорить про ее учебу на полицейского. Я, конечно же, был рад и горд, что моя дорогая сестра пошла по моим стопам, но, с другой стороны, наша профессия не самая безопасная, мягко скажем.
Не помню, как припарковал машину. Кажется, просто влетел во двор и даже не закрыл ее толком. Дом меня встретил спящими окнами и полной тишиной. О да, лучше бы Джейн, как обычно, ошивалась у холодильника.
- Джейн, Джейн! - а, черт, надо бы потише орать. Еще не хватало разбудить маму.
Перепрыгиваю через несколько ступеней - вот и ее дверь.
- Джейн, ты там? - стучусь, но только для вида. Вхожу в комнату, не дожидаясь ответа - Джейн сидит на кровати. Так, не лежит, при смерти это уже хорошо. Да твою ж мать, Джек, ты же прекрасно знаешь, что твоя сестра может сама  себя излечить! Ну что поделать, об этой ее особенности я вспоминаю только тогда, когда лично удостоверюсь, что ей ничего не угрожает.
- Милая, что случилось? - присаживаюсь рядом с ней, отвожу рыжую прядь волос от лица. - Что с ногой? Мне сказали, что ты ее сломала.

Отредактировано Jack Hayes (2016-06-26 10:52:51)

+3

3

После встречи с Ником, я, как ни в чем не бывало, вернулась в Управление. Отчиталась, что свалилась в глубокую расщелину, выслеживая беглеца,  при этом к счастью, не пострадала. Только выбраться оказалось не просто. Дать знать о себе не могла, рация сломалась при падении. И почти все, разумеется, было ложью.  Рацию я сначала выключила, а потом вывела из строя, для убедительности. Отговориться на сломанную ногу я уже не могла, к тому времени, когда мы расстались с Ником, я почти полностью восстановилась.

Правда, не смотря на мои бравые заявления, меня все равно обязали показаться врачу, а поскольку смена моя вскоре заканчивалась, отпустили домой.

Когда я вернулась, мама уже спала, привыкла, что ее дети возвращаются поздно. А ведь раньше когда мы с Джеком еще учились в школе, помню, она жутко переживала. Я  осторожно пробралась в комнату, достала из ящика письменного стола фотоальбом, и стала рассматривать старые снимки, на которых я была запечатлена вместе с Ником. Именно так, с альбомом на коленях, меня застал Джек. Вид у брата был не на шутку перепуганный. Я подняла на него изумленный взгляд:

- Сломала? Кто еще выдумал такую глупость! – удивилась я, - Я же говорила, что все в порядке! Ох, вечно за тебя все переиначивают. Все хорошо, не переживай. Я просто неудачно упала, вывихнула ногу сильно… Но ты же знаешь, благодаря мутации со мной ничего не случится.

Интересно, кто так некрасиво разыграл Джека!

- Тебе не о чем беспокоиться! – я мягко улыбнулась брату. Честно признаюсь, мне всегда нравилась его забота. Ради таких моментов, я даже готова была бы симулировать болезнь.

офф

Для тебя, братишка. Всегда буду смотреть на тебя как Лео на Харди хДДД

но с длинными волосами ты все равно глупый =Р

https://pp.vk.me/c9984/u74618970/93243315/x_05df4976.jpg

Отредактировано Jane Hayes (2016-06-26 15:10:05)

+3

4

Голос Джейн был мягкий и спокойный. От этого у меня немного отлегло на душе. Надо будет надавать по ушам тому умнику, кто растрепал, что у сестры перелом. Я летел сюда как ненормальный, даже служебную машину, можно сказать, угнал. Кстати, а где хоть она стоит? Я подошел к окну - машина была,  если ЭТО так можно назвать, припаркована практически у двери. Еще бы немного, и я бы гордо въехал на ней в дом. Завтра придется давать объяснения, на каком основании я пользуюсь машиной участка как своей личной. Но, формально-то я её даже не успел сдать - уехал сразу же, как пришел с дежурства.

Джейн продолжала сидеть на , наблюдая за мной. Вот так всегда было: она хулиганила, падала - без этого никуда - я приходил в ее комнату с мазями и бинтами, если это было нужно, и замазывал ее "боевые" раны. Кажется, с тех пор прошло уже больше десяти лет. Ничего не меняется в этой рыжей девчонке. Интересно, у нас и в глубокой старости также будут отношения строиться? Я мысленно представил себе старушку Джейн, бодро отчитывающую очередного нарушителя спокойствия, и заулыбался. Да, думаю, она всегда будет такой. Кроме того, ее особенность никуда от нее не денется.
- Да, я помню. Сложно забыть о такой мелочи, как мутация у родной сестры, - я постарался скрыть за иронией свои настоящие чувства. Способности Джейн пугали меня. Я их не понимал, не знал, возможно ли их контролировать. Ведь если об этом узнают, Джейн запрут в лаборатории. - Но, ты знаешь, я бы предпочел... Что это?
Мой взгляд с ее лица упал на колени. На них лежал тонкий планшет на котором на весь экран красовалась физиономия Нокса. Не хватало только подписи внизу "Всем участкам! Разыскивается особо опасный мутант."
- Это его вы видели на выезде? - вопрос против моей воли прозвучал уж больно официально.

Отредактировано Jack Hayes (2016-06-29 08:54:10)

+3

5

Я считаю себя бесконечно счастливой девушкой, ведь судьба уже подарила мне человека, который никогда не предаст, никогда не оставит и никогда не обидит. Может быть, еще, поэтому мне сложно было по-настоящему влюбиться. Каждый парень, так или иначе, сравнивался с Джеком. Хотя наши отношения нельзя  назвать идеальными.  Иногда брат вел себя не лучшим образом: обзывал меня  и подкалывал.  Но такие мелочи легко забываются. Родным мы способны, позволить вести себя как угодно, чего конечно никогда не простили бы чужаку.  Потому что, в глубине души, знаем -  мы единственная опора друг у друга.

Сначала Джек  попытался сыронизировать,  видимо хотел скрыть свое беспокойство. Но потом заметил альбом в моих руках и заинтересовался фотографией. Я поспешно выключила экран и отложила планшет в сторону. Почему-то мне стало немного не по себе, как будто меня застали за чем-то неприличным. Будто я тут как минимум голого Нокса разглядывала…

- Это старый альбом, - ответила я с выражением полной серьезности на лице, объясняя очевидную истину.  Но Джек вряд ли удовлетворился бы этим ответом. Видно было, что шутить сегодня он был не склонен. Поэтому я продолжила.

- Просто что-то потянуло пересмотреть старые фотографии, -
  обычно сентиментальности за мной вроде бы не водилось и ностальгическое настроение мне было нисколько не свойственно.  Но я же девушка, а мы существа загадочные, нелогичные. Вот пусть так  и считает!
Только Джека не проведешь, особенно когда он уже что-то заподозрил и  тут же  решил устроить мне допрос. Что-то в его интонации мне не понравилось.

- Да, его... Ты говоришь так, будто бы забыл его имя. Это Ник. Мы дружили, помнишь?

Отредактировано Jane Hayes (2016-06-29 09:08:56)

+3

6

- Я знаю, кто это, - как тут не знать, когда его физиономия по всем участкам разослана, - и на свою память я никогда не жаловался. Я помню, что ВЫ дружили.
Мы никогда не дружили втроем. Во-первых, они с Джейн младше меня и то, что им было интересно во времена нашей юности, меня уже давно перестало увлекать. А во-вторых, я и Нокс совершенно разные люди. Он никогда не вызывал во мне особой симпатии. Хотя, откровенной антипатии тоже. Тут подошло бы выражение полного равнодушия. Этот парень начинал интересовать только тогда, когда его действия были направлены на Джейн. Пусть я и называл, да и продолжаю называть, сестру хомкой, девчонкой она была привлекательной и очень милой. Пару раз я ловил на ней заинтересованные взгляды Нокса и мысленно ломал ему руки.

Этот разговор медленно, но верно начинал выводить меня из себя. И как я ни старался, а голос с головой выдавал мое раздражение. Эта дружба еще аукнется Джейн, если про нее хоть что-то пронюхает ТУК. Почему она до сих пор не выбросила весь этот мусор? Сантименты никогда не были ей свойственны. Что же вдруг так резко поменялось?
- Значит, вы его видели, - я опять отошел к  и уткнулся лбом о холодное стекло. Конечно, поимка мутантов не входит в нашу юрисдикцию, но упускать такой случай было нельзя. Интересно, они хоть попытались его задержать? Развернувшись, я внимательно посмотрел на Джейн. О, господи!!!
- Джейн, только не говори, что вместо поимки опасного преступника ты детским воспоминаниям предавалась? - она могла отпустить его, могла. Кроме того, я всегда подозревал, что Джейн симпатизирует этому Ноксу. И было бы, чему там симпатизировать!
- Посмотри на меня, - так, спокойно Джек, дыши глубже, - что там произошло?

+3

7

Я была в растерянности. Конечно, я обещала Нику ничего не говорить родным о нашей с ним встрече, однако я не считала такой поступок правильным. Утаивать и умалчивать, когда тебе задают прямой вопрос -  я не собиралась. Тем более врать Джеку. И все же я очень надеялась, что до этого не дойдет. Верила, что мне не придется ничего ему объяснять, но вышло как всегда, наоборот.

Джек был слишком проницательным и слишком хорошо меня знал, чтобы ни о чем не догадаться. Его раздражение быстро передалось мне, поэтому отвечала я также нервно:

- Мы преследовали Николаса Нокса, поскольку на его счет имеются указания - поймать и передать в ведомство ТУКа. И за кого ты меня принимаешь?! - возмутилась я, - Думаешь, я могла нарушить приказ? Я пыталась его поймать, так же как и другие, - здесь я даже не покривила душой, я действительно  «пыталась», - Но потом упала в глубокую расщелину и вывихнула ногу. Вот и все, что произошло...

Резко оборвала я историю.  Пока Джек переваривал полученную информацию,  я  сидела и раздумывала, как бы он отнесся к тому, что Ник помог мне? Изменило бы это хоть что-нибудь?  Может быть, от страха быть раскрытой, я сама себя накручиваю и выдумаю, будто между нами возникло какое-то странное напряжение? Вроде бы я ничего такого не сказала. Ну, видела я Нокса... Ну, преследовала его. Джек как будто видел меня насквозь. Неужели все действительно написано на моем лице? Неужели я сама себя выдаю?

Отредактировано Jane Hayes (2016-06-29 09:37:27)

+3

8

Когда я узнал о желании сестры присоединиться к рядам полицейских, я был невероятно горд. Наверное, похожие чувства испытывают родители, когда их дети становятся в чем-то лучшими. Мне импонировала сознательность Джейн, ее желание помогать другим, ловить преступников. Когда обстоятельства сложились так, что я не стал поступать в Университет, работа в полиции была для меня единственным вариантом реализовать имеющиеся амбиции.
Но был один момент, который в решении Джейн меня огорчал. А, вернее, напрягал. Как бы она не петушилась, чисто физически она все же куда более уязвимей своих коллег мужчин. Вот почему я был отчасти против того, чтобы Джейн шла в полицию. Да, она рядом, да, я могу приглядывать за ней, чем периодически и занимаюсь. Но следовать за ней по пятам у меня просто нет возможности. Упади она неудачней, даже ее мутация не залечила бы свернутую шею.
- Я не ставлю под сомнение твою исполнительность, - я не сводил глаз с ее лица. В полумраке оно казалось совсем белым. - Я не верю, что секундная встреча спровоцировала ночь воспоминаний в комнате над фотографией.
Видела, преследовала, пыталась поймать, упала... ничего из этого не объясняет, почему она сейчас сидела, уставившись в старые снимки. В другой раз я бы, может быть, и спустил эту ситуацию на тормоза. Но только не сейчас. Любое упоминание о мутантах в контексте с Джейн опасно. Я никогда не одобрял эту непонятную мне дружбу. Что она в нем нашла? Даже его маленький брат был куда более приятным и располагающим, чем он.
- И это все? - я навис над Джейн. - А как ты выбралась оттуда? Как добралась до участка?
Не ври Джейн, лучше не ври. Мне сообщили, что группа не могла тебя долгое время найти. А летать ты, мой мотылек, пока еще не умеешь.
- Значит ты лежала в той треклятой расщелине, а Нокс просто сбежал?

Отредактировано Jack Hayes (2016-06-29 10:33:55)

+3

9

Насмешка Джека, о том, что я могла пренебречь своими обязанностями и поставить личные обстоятельства превыше возложенной на меня миссии, сильно меня задевала.  Я  отреагировала слишком остро потому, что понимала насколько он прав.  Вместо того чтобы сохранять холодный рассудок, я поддалась чувствительной стороне своей натуры. И откуда она только взялась, так некстати?  Я все явственнее стала ощущать себя на допросе. Даже манера разговора брата изменилась. Он одновременно похвалил мою обязательность и тут же в ней усомнился. Было понятно, он надеется меня подловить. Поэтому я молчала, беспристрастно сомкнув губы и прищурившись. Тогда Джек приблизился и угрожающе навис надо мной.

- Да. Это все, – отчеканила я, скривившись. - Я не маленький ребенок и в состоянии о себе позаботиться сама! - возмущалась я из чувства протеста. В голове сразу всплыл случай, когда он опозорил меня на весь участок, проверяя, правильно ли я застегнула бронежилет. Ему показалось, что это очень весело. Мой первый рабочий день был кошмаром! 
Однако разговор не был закончен, нужно было что-то соврать.

- Я не лежала в расщелине. Я восстановилась и ушла на своих двоих.

Про Ника я вообще не стала ничего говорить. Что пристал? Может я вообще его не видела!
- Мне было как-то не до Нокса…
В конце концов,  просто унизительно,  что тебя считают ребенком. А ведь это именно я забочусь о нем! Я и никто другой следит за тем, чтобы он был аккуратно одет и сыт. На этом поприще я даже маму потеснила. Что значит несчастная разница в пять лет? Моих одноклассниц например она не останавливала. Да и Джек почему-то считал девушек моего возраста достаточно взрослыми, всех, кроме меня! Я для него, видите ли, всегда ребенок!

Отредактировано Jane Hayes (2016-06-29 11:51:36)

+3

10

Маленький, еще какой маленький ребенок. Взрослым, как правило, не нужно кричать о своей зрелости и доказывать, что они уже достаточно большие для серьезных игр. Взрыв негодования со стороны сестры это типичная подростковая реакция. Я сдержал ухмылку, которая так и лезла мне на лицо. Джейн реагировала так остро в двух случаях: я обращаюсь с ней как с ребенком, и я прав, а ей из-за упрямства не хочется в этом признаваться.
Я смерил сестру изучающим взглядом - кажется, я все же погорячился. Она вся подтянулась, сжала губы, плечи немного подрагивали. Черт, я реально перегнул палку. Но одно лишь упоминание о мутантах вне закона выводит меня из равновесия. На службе справиться с этим проще, но дома я немного отпускаю поводья.
-Джейн, -выдохнул я и вновь присел рядом с ней, - Ты не на допросе и не на отчете у капитана.
Я постарался говорить как можно мягче. От этого голос опустился до шепота. Запугивать сестру и давить на нее у меня не было никакого желания.
- Я боюсь за тебя, - обнимаю ее за плечи, чуть притягивая к себе, - мне страшно, что ты можешь нуждаться в помощи, а получить ее не сможешь, и меня не будет рядом. Вот как сейчас с этим падением. Нога это одно, но выбраться с травмой, тем более если приличная глубина...
Я замолчал, обдумывая свои дальнейшие слова. Да, я хотел вынудить ее открыться мне, убрать появившиеся колючки. Давление тут не поможет.
- Пойми, как еще я могу реагировать, узнав, что тебя оставили совершенно одну? Да кто угодно мог в этот момент причинить тебе вред, воспользовавшись твоей уязвимостью.
Нокс, например. Хотя, боюсь у этого парня могла быть иная роль в этой истории.

Отредактировано Jack Hayes (2016-06-29 11:41:54)

+3

11

Я помню тот день, когда ушел отец. Помню, как плакала мама, хотя его паталогическая неверность едва ли была для нее секретом. Дело давно шло к разрыву, но он был мучительным для всех членов нашей семьи. Для всех, кроме отца. Джек сразу принял мамину сторону, а я… Я не могла определиться со стороной. Мне было двенадцать лет. Я была еще почти ребенок,  и в одночасье мой привычный, устоявшийся  мирок рухнул. Кому же верить, если не родному отцу? Хорошо, что Джек был рядом. Мы держались друг за друга и смогли пережить предательство. Нам детям сложно было понять «почему»,  мы все делили на «белое» и «черное».

Джек стал для меня всем. Я и раньше очень любила брата, но теперь еще беспрестанно нуждалась в нем.  Мне необходимо было его одобрение и ласка. Но Джек частенько бывал  скуп на проявление чувств. В этом был их контраст с Ником. Джек проявлял нежность только, когда считал, что мне по-настоящему плохо. А Ник был таким всегда. Он был добр и вежлив ко всем. Джек был замкнут, мог и нагрубить, если к нему лезли не вовремя. Но именно поэтому, я буквально таяла, когда он начинал говорить со мной задушевным голосом, когда обнимал и когда смотрел на меня, удивленно морща лоб. Я хотела разгладить эти складочки, успокоить и убедить, что я достаточно  зрелая, чтобы противостоять любому удару судьбы. Я должна была уберечь его от беспокойства, ведь я в неоплатном долгу перед ним.

И вот теперь я нагло лгу, единственному человеку, который знаю готов сделать все ради меня. Который любит меня без доказательств, просто только за то, что я существую. Как могу я быть настолько эгоистичной? Как могу я поступать так с братом?

- Я была не одна, - чуть слышно выдохнула я, - на самом деле, с ногой все было гораздо серьезнее, - я замолчала на мгновение, собираясь с духом, - кость сместилась… Я не могла вправить сама… А Ник… Он помог… Мог убежать… Я ведь даже его не видела… Не знала, что он там…

- Поэтому я не могла его арестовать… Понимаешь… Он же мой друг. У него была возможность бросить меня, я бы даже не узнала, но он пришел мне на выручку, - я горячо принялась защищать Ника, а заодно и себя. Пусть он навсегда повесит на меня ярмо безалаберности, но я надеялась, найти сочувствие. И потом… Вся эта ситуация угнетала меня. Мне хотелось облегчить душу, выговориться  хоть кому-то. Роднее Джека у меня нет никого на свете. Он обязательно поймет меня и простит…

- Ник не преступник. Он вынужден был защищаться. Когда он выяснил, что у него есть мутация, ему никто не помог. У него, в отличие от меня, не было такого старшего брата… А способность у него приметная, к тому же он не мог ее контролировать… Ему пришлось сбежать. Я не думаю, что он настолько виноват, Джек. Скорее порицания заслуживает наше общество. Мы сами…

Закончила я на возвышенной ноте, полностью убежденная, что отыскала одобрение в лице брата. А как иначе?! О том, какого рода чувства я испытываю к Ноксу я, конечно, рассказывать не собиралась. Единственной не состыковкой в рассказе о крепкой дружбе и взаимовыручке, оставался альбом. Обычно я не рассматривала часами фото лучших друзей, как бы я их не любила.

Отредактировано Jane Hayes (2016-06-29 15:13:54)

+3

12

Иногда, в особых случаях, я сожалею, что могу вывести Джейн на откровенность. Мне всегда достаточно легко удавалось смоделировать ее реакцию. Но этим я пользовался нечасто. Сестра доверяла мне, и я этим дорожил.
Она была с Ноксом. Отлично! Я прикрыл глаза – жест не столько усталости от всего этого бреда, сколько досады. Сколько же можно ей говорить? Что еще он должен сделать, чтобы убедить мою наивную сестру в том, что он опасен?! Скольких человек еще ему нужно убить?

- Джейн… - простонал я и поднялся с кровати. – Ты сама себя слышишь?! Как ты можешь быть НАСТОЛЬКО наивной? Увидел знакомое лицо, решил, что одурачить тебя не составит труда.  Ну конечно, ведь вы же дружили в юности! Как же Джейн Хэйс сможет арестовать своего друга. Да нет, разумеется. А если я ей еще и навру с три короба, прикинусь добреньким, помогу, так она меня даже задерживать не будет. К безопасности своей задницы получу еще симпатию и понимание бонусом.
Я уже начал срываться на крик. Чертов Нокс! Окажись он сейчас в этой комнате, никакая мутация его бы не спасла. Чтобы хоть как-то успокоиться я стал нарезать круги по комнате, сжимая и разжимая кулаки. Желваки на лице так и ходили. Во мне сейчас кипели противоречивые чувства. Да, он помог Джейн. Меня рядом с ней не оказалось! Хотя, я должен был, должен был каким-нибудь способом оказаться там, когда был ей нужен. Но я уверен, что этот негодяй не отделался молчаливой помощью. Что он наплел ей? Что наговорил такого, чтобы она сейчас была сама не своя? Он пришел ей на выручку. Прекрасно, просто замечательно. Герой-спасатель, мать его.  Если он только попробует воспользоваться Джейн. Моей Джейн! Я закопаю его живьем в его любимый песок.

- Друг? О какой дружбе ты говоришь? О какой, Джен? – ее «друг» стало последней каплей. От негодования и раздражения я даже назвал ее Джен. А это было всего пару раз на моей памяти, когда сестра переходила все грани разумного, и мне ничего не оставалось иного, кроме как часами вести с ней беседы, вдалбливая в голову прописные истины. Но сейчас… Сейчас она переплюнула сама себя. Друг? ДРУГ!? Какого черта! Откуда взялся этот друг? Мальчик с девочкой походили пару раз за ручку и все, уже друг на всю жизнь. - Ты знаешь вообще, что это такое, Джен? Что такое настоящая дружба? Понимаешь смыл этих слов?
Сколько можно верить всем и каждому? Как же она не видит, что своей легковерностью ставит под удар и себя, и нас? Всю нашу семью. Тех, кто всегда был рядом, всегда помогал и принимал. И ради кого? Ради какого-то недоноска, который исчез из ее жизни, а теперь объявился в свете славы опаснейшего преступника?

Я встал напротив нее и потер виски. Не надо говорить мне про вину, Джейн. Все знают, что именно он сделал.
- Система не идеальна, Джейн. Она никогда такой не была, - подумать только, друга она себе нашла! – Ты это прекрасно знала, когда шла в полицию. Должна была знать… Черт подери, Джейн, ты не можешь быть настолько ребенком?!
Я еле сдерживал желание подойти и хорошенько тряхнуть ее за плечи, чтобы она, наконец-то, посмотрела на этот мир без розовых очков. Да, отчасти это моя вина, слишком ее оберегал, да и оберегаю до сих пор. Я не хочу, чтобы ей было больно. Но иногда наши благие стремления приводят к дурным последствиям.
- Был вынужден… не мог… - как же я устал от всего этого. – Ты думаешь, я не догадываюсь, что наше правительство, наши законы не являют собой идеальную, совершенную модель? Я знаю это, Джейн, прекрасно знаю. Но я знаю еще кое-что – хаос никогда не приведет к порядку. Это две противоположности и никогда, слышишь меня, никогда одна не произведет на свет другую. У сопротивленцев были иные пути отстаивать свои права, но они выбрали разрушение. Как думаешь, что чувствуют близкие тех погибших ТУКовцев, когда видят лицо твоего невиновного друга на плакатах и по телевизору? А что бы чувствовала ты, окажись я одним из них?

Мысли о погибших немного отрезвили меня и вернули к реальности. Я знаю, как откликнулись в Джейн мои последние слова. Знаю прекрасно и все равно, я не мог ей не задать подобный вопрос. Она сидит здесь, в темноте, разглядывает фотографию Нокса, рассуждает о вине, о порицании, о способностях, которые он не мог контролировать. В этот момент сердце, кажется, пропустило один удар. Почему она затронула эту тему? О чем таком они говорили? Делаю глубокий вдох и задаю вопрос, ответ на который страшит меня больше всего на свете:
- Он знает? Ты рассказала ему о себе, о мутации, - почему-то второе прозвучало даже не вопросом, а утверждением.

+2

13

Нет, тут Джек не прав, он зачем-то наговаривает на Ника. Только почему? Неужели для него было бы лучше, чтобы я валялась одна в расщелине, но не приняла бы помощи от ненавистного мутанта? И он говорит мне про наивность?  Может быть и так. Да, я наивна! Только наивность часто результат отсутствия опыта.  Избавиться от этого недостатка проще простого. Но в моем случае, я просто хочу верить Нику, хочу верить людям. Я не боюсь разочароваться, не это страшно. Хуже когда ты зацикливаешься на негативном опыте, как, например,  наша мама и уже не можешь двигаться дальше, превращаешься в язвительного недоверчивого скептика, заранее во всем разочарованного старика. Пусть меня сотню раз обманут, но я никому не позволю отнять мою веру в добро.  Я решила обороняться.

– Ты ошибаешься! Ему не было необходимости, как ты говоришь, «дурачить меня». Он мог просто бросить меня и уйти. Себя послушай! 
- я тоже вскочила с кровати, терпение у меня было не резиновое, - Не было у него никакой выгоды в том, что он раскрыл себя и помог мне.

Воспринимать обвинения и нравоучения объективно, у меня сегодня не получалось. Потому  я упрямо огрызалась.
– Да, понимаю. Друг – тот человек, который не оставит тебя в беде, так Ник и поступил. И если друг сбился с пути твоя задача тоже помочь ему… Ну, хотя бы попытаться его понять, а не отталкивать. И вообще Ник… - «мне нравится» чуть было не ляпнула я, но вовремя остановилась, - не плохой, он не изменился.

Мой взгляд снова упал на потухший альбом,  я мысленно воссоздала на экране желанный образ. А Джек уже разогнался дальше, углубляясь в политический спор. И тут моя стройная концепция, разбилась в дребезги. Он прав -  я прекрасно знала, что система не идеальна. Но я, как и Ник верю, что это можно изменить. Только методы у нас разные. Поэтому у нас не может быть общего будущего? Я ведь и это тоже знаю, но принимать это не хочу!

–Ты прав, - мой голос даже осел, я едва шептала, - я не должна была идти работать в полицию. Я не гожусь для этого дела. Я не умею слепо подчиняться приказам.

Особенно если речь пойдет о Нике, как я поступлю? Я никудышный полицейский, этим все сказано! Обрадовавшись встрече с Ником, я уж конечно не задумывалась о семьях погибших. Правда, совсем не это напугало меня. Я представила своего брата мертвым и недвижимым. И не сделалось так жутко. Я пошатнулась, почувствовала такую слабость в теле, будто где-то подхватила несуществующую простуду.

–Как ты можешь,  так говорить? – я не выдержала напряжения, так тяжело мне еще никогда не было. Сильные эмоции в принципе были мне не свойственны, а тут на меня свалился Ник со своим признанием и поцелуями. А теперь еще Джек решил меня добить своей внезапной яростью, как будто я принадлежу ему, а сама шага ступить не смею. Глупые слезы обиды катились из моих глаз, когда он задавал свой последний вопрос.
– Да! – выдохнула я, уже не в силах бороться, - Он знает.

+2

14

- Что? - глухим шепотом переспросил я. - Ты. Ему. Сказала?
Я схватил ее электронный альбом и запустил его в стену.
- Какого черта ты делаешь, Джен?! Ты соображаешь, что ты творишь хоть иногда? Думаешь хоть о ком-то, кроме себя!? - я не верил. Я до самой последней секунды не верил, что она это сделала. Думал, начнет отрицать, скажет "Как ты мог подумать, Джек?! Я же понимаю, что такие вещи нельзя рассказывать никому". И, даже услышав ее ответ, я надеялся, что мне послышалось. В один миг мой мир сложился как карточный домик, а сверху водрузилось предательство Джейн. О да, именно так. Она предала меня, нас. Все, через что мы прошли, что было с нами. Она предала каждый день нашей жизни начиная с того вечера, когда ее мутация открылась.
- Как? Как ты могла вот так взять и предать свою семью? Почему? Потому, что какой-то парень, с которым ты дружила в юности, поплакал у тебя на груди, пожаловался на свою трудную судьбу, плохих полицейских и военных, что хотят задержать его, несчастного? Все! Этого было для тебя достаточно, чтобы дать ему информацию, которая ставит под удар безопасность всех нас! - я уже не сдерживал ни свой голос, ни рвущийся наружу гнев. Страх навредить Джейн уступил место разочарованию и обиде. - Одним словом ты предала все, что было сделано, чтобы защитить тебя, маму, нашу семью. Ты можешь хотя бы на секунду забыть о себе и представить, чего мне стоило скрыть тот факт, что моя сестра мутант!? Плевать уже на то, что я при этом испытывал. Тебя это не заботит, куда важней страдашки посторонних людей, да. Но чего мне это стоило чисто технически. Ты хоть что-нибудь вообще знаешь?! Представляешь?!
С каждым новым словом, с каждой новой волной гнева мне было все сложней и сложней остановиться. Я смотрел на сестру и понимал, что от пощечины, которую мне так хочется ей влепить, меня отделяет только расстояние между нами. Будь я ближе, и сдержаться бы не смог. От этого было и страшно, и, в тоже время, пусто. Внутри меня росло какое-то неописуемое по своей глубине чувство пустоты. Вакуум.
- Тебе настолько плевать на нас, что ради парня, что нравился тебе в школе, ты с легкостью отдаешь наши жизни ему в руки?  - вякни Нокс хоть где-нибудь, что Джейн мутант и все, здравствуй лаборатория, прощай жизнь. И это касается не только ее. Уверен, мы тоже будем под наблюдением. - Вот, значит, что мы значим для тебя!

Мне показалось или Джейн и вправду решила уйти из комнаты. О нет, милая, этот разговор так просто не закончится.
- Даже думай, о том, чтобы двинуться с места, - прорычал я. Странно, по телу разлилось какие-то непонятное спокойствие. Ни прежнего напряжения, ни нервной дрожи. Ничего. Словно я перестал существовать в своем теле, чувствовать его. Единственное, что оставалось - Джейн. Я буквально прожигал ее взглядом, не отрывая от нее своих глаз ни на секунду. Комната сжалась до размеров хрупкой фигуры сестры. Она стояла и не двигалась, как я ей и сказал. С чего вдруг такая покорность?

Отредактировано Jack Hayes (2016-07-04 21:46:50)

+2

15

Я все еще находилась в каком-то забытьи, слишком сильно меня потрясли слова Джека. Воображение настолько реалистично изобразило картину смерти моего брата, что я не вздрогнула даже когда Джек запустил альбомом в стену.  Дорогой мне предмет разбился в дребезги.  Несколько мгновений я продолжала стоять неподвижно, но его гнев мало-помалу возвращал меня к  реальности. Не обращая внимания, на непрекращающийся поток упреков, я кинулась к альбому, принялась аккуратно собирать разлетевшиеся в стороны части. Я не злилась, напротив, была скорее удивлена. Памятные снимки, как и мое прошлое, ему не уничтожить одним броском. Фотографии хранятся на карте и в сети, поэтому  утрата самой  вещи, не сильно огорчила меня.  Но вот реакция Джека… Так ли я виновата? Откуда взялась эта необоснованная ярость, тупая жестокость? Никогда не замечала ничего подобного за ним.

– Чего тебе это стоило? - усмехнулась я, услышав какой-то чужой, будто бы не свой голос, - Действительно, Джек!  Расскажи мне, чего это тебе стоило? Как  ты разрывался между долгом и сестрой, а она оказалась неблагодарной тварью!
Я спрятала карту памяти в кармане домашних брюк.

– Зачем было напрягаться? Почему бы не сдать меня властям? – мой голос окреп и зазвенел.  Брат учил меня держать удар, всегда, даже если шансы на победу невелики.  Поэтому я выдержала его тяжелый взгляд, открыто глядя прямо на него, -  Мог бы  выслужиться! Скажешь, ты думал обо мне, так Джек? – что-то нехорошее произошло со мной в тот момент. Я понимала, что Джек не в себе, но продолжала откровенно провоцировать его, вместо того чтобы попытаться успокоить или хотя бы молчать, как поступила бы всякая умная женщина, на моем месте. Но к несчастью, подобное поведение было частью меня, моей натуры. С детства я была излишне самоуверенной, жила с убеждением, что со мной ничего не произойдет. Поэтому я не боялась рисковать и лезть туда, куда не полезли бы другие девочки. Да, мне везло, и везение еще больше укрепило во мне ощущение собственной неуязвимости. А потом я получила мутацию, которая не только не позволила мне хотя бы что-то переосмыслить в жизни, но даже наоборот. Теперь я чувствовала, что в мире для меня не существует ничего невозможного.

– Едва ли ты думал обо мне. Ты думал о себе, Джек. Как же ты проживешь без своей послушной  маленькой сестренки? Джейн сделай то, подай это. Кто эти ребята, Джейн? Ты уже закончила делать то, о чем я просил?  Я твоя живая игрушка, которой ты время от времени хвастаешься перед своими друзьями, так же как другие хвастают своим положением в обществе.  Что бы ты делал, если бы меня не было? Твоя жизнь так же пуста, как и моя… У тебя нет никого кроме меня, но так не может продолжаться вечно! Я уже не ребенок. У меня может быть своя жизнь!

Лучше бы меня выкинули за Стену, чем стоять и слушать его обвинения. Я не просила меня защищать, ты сделал выбор сам. Так неужели ты думаешь, меня не терзает чувство вины? Неужели ты думаешь, что я могу забыть о нем хотя бы на минуту?
–  Эгоистка? Да! Эгоистка! Впервые в жизни я поступила по-своему! – я раскраснелась, сжимая руки в кулаки. И вдруг меня точно пригвоздило к полу, как только я услышала: «ради парня, что нравился тебе в школе». Выходит, ты знаешь?

– Чего ты боишься, Джек? Что Ник кому-то расскажет об этом? Или что я уйду вместе с ним?
Я замолчала и пристально уставилась на брата.

–  Меня все это достало! – я резко развернулась, сделала несколько шагов к выходу из комнаты, как услышала его команду, и застыла на месте, точно мы играли в «Замри». Я не могла пошевелиться, даже моргнуть, тот час мое сознание затопила паника.

Отредактировано Jane Hayes (2016-07-05 07:35:56)

+2

16

Что Джен будет молчать и покорно принимать все мои слова, я не ждал. Как и не ждал того, что их смысл о нее дойдет. Но тот поток обвинений и упреков, что вылился на меня, был, вне всяких сомнений, внезапен. Что? Что ты несешь, Джен? Какая игрушка, ты в своем уме?! Что "подай"? Да мне свои майки приходится по дому прятать, чтобы ты не схватила их и не запихнула в машинку.
Я слушал все, что она говорила, не в силах даже возразить что-то в ответ. Да и что говорить? Как отвечать на этот бред? Кроме того, любое объяснение сейчас звучало бы как оправдание. А оправдываться мне было не в чем. Ах ты бедная! И как ты все это время терпела меня, такого тирана и мучителя? Что же ты раньше не сбежала, раз твоя жизнь так пуста и ужасна, и все по вине ненавистного брата?!
Уходить она, похоже передумала. Что, неужели я еще что-то про себя не знаю? Но продолжить разговор я ей не дал. Затихшая на время ее монолога злость вернулась с новой силой, и я в пару шагов оказался возле Джен.
- Маленькая, бездушная дрянь! - не знаю, что сдержало меня в последний момент. Я занес руку, но остановился в паре сантиметров от щеки сестры. - Не просила... об этом не просят. Подобное делают для того, кто тебе дорог. Безусловно. Просто так. Но ты о таких вещах даже не знаешь. Эти чувства тебе незнакомы.

Сейчас до меня особенно остро дошло все, только что сказанное ей. Как не больно это признавать, у меня действительно нет ничего, кроме сестры и матери. Потеряй я их, и что тогда? Могла быть карьера хотя бы, но от нее я отказался сам, забрав вступительные документы из Университета. И зачем? Чтобы в один прекрасный день услышать, что практически десять лет меня терпели из последних сил? Мне не нужна была благодарность. Да, черт тебя дери! Я сделал это и для себя тоже. Но не потому, что боялся личных проблем с ТУКом. Я не мог отдать им сестру, отдать важную часть своего мира.
Я даже не сообразил, как это произошло. Почему она не увернулась, возможность у нее была. Последняя вспышка угасающей злости и обиды за все - и в комнате раздается хлесткий звук пощечины. Ладонь тут же стало жечь, но я не обратил на это ни малейшего внимания. Я все также стоял и смотрел на Джен. Только теперь я не чувствовал ничего. Сил не осталось даже на ненависть. Все.
- Убирайся, - осевшим голосом сказал я. - Раз у меня ничего нет, то не страшно это ничего и потерять. Я не желаю тебя больше знать. Иди туда, где по-твоему мнению, тебе лучше. Собирай свои вещи и убирайся.
Кажется, именно такие слова я сказал отцу, когда видел его в последний раз.

Я не стал дожидаться ее ответа, хотя и видел, как она прошла к шкафу. Я вышел из комнаты, даже не подумав, что наши крики могли разбудить маму. Но, раз она все еще не стоит в комнате,  пытаясь нас разнять, значит перед сном она приняла снотворное.
Я спустился на кухню. Все действия были какими-то странными, словно я совершал их впервые. Налил воды и тупо уставился в стакан. Все, чего я так боялся, разом случилось. Меня предал единственный, по сути, человек, не считая маму, которому я безотчетно верил. Наверное, пора было привыкнуть уже к этому чувству.
Воды я так не выпил - в дверь позвонили. Кого еще принесло в такое время?
- Да что у вас тут творится? - скандалить при открытых окнах плохая идея. Хорошо, что соседи не вызвали наряд, а просто заявились за объяснениями.
- Ничего. Проваливай откуда пришел, - на деланные любезности не было сил. Но в момент моего ответа, я вновь перестал чувствовать свое тело. Словно я стал частью другого человека. И я знал, что этот человек сейчас развернется и уйдет, будто я сам делаю все это за него. И действительно, с выражением полного непонимания на лице, наш сосед развернулся и молча пошел к себе.
Я закрыл за ним, уперся спиной о дверь и буквально сполз на пол. Какого черта только что произошло? Я прикрыл глаза, стараясь унять не пойми откуда взявшуюся дрожь. Джен меня уже не беспокоила. Пусть собирает вещи и уматывает. К Ноксу, в подполье, к изгнанникам, куда угодно. Я был слишком опустошен, чтобы думать сейчас о том, что будет потом. Мне бы понять, что произошло несколько секунд назад и откуда эти непонятные ощущения в теле.
Посидев так некоторое время, я все же встал и пошел в свою комнату. Не знаю, засну ли, но немного полежать в темноте и подумать, мне определенно нужно. Яркий свет ударил по глазам - и зачем я вообще щелкнул выключателем. Кажется, я сказал ей убираться. Я точно не имел виду свою комнату.
Я прошел мимо Джен и, скинув кеды, лег на кровать. Пусть делает, что хочет, а мне очень нужно побыть наедине с собой и подумать. Я даже не знаю, с чего вообще начать.

Отредактировано Jack Hayes (2016-07-04 23:22:07)

+2

17

Обычно мы редко ссорились, но если уж дело доходило до выяснения отношений, ожидать можно было всего чего угодно.  Мы наносили друг другу такие смертельные обиды, что казалось невероятным, как же спустя время, нам удавалось забыть об этом.  За столько лет я научилась приноравливаться к Джеку, предугадывать, что он чувствует и как следует мне себя вести. Но к несчастью, иногда я не могла пересилить собственный характер и заведомо обрекала нас на страдания. Вот и сейчас, я должна была безоговорочно согласиться с его обвинениями, покаяться и вымаливать прощение. Потому что в такие моменты он не слышал никого кроме себя. Уступать приходилось мне, искать путь из сложившегося тупика тоже. Джек становился неповоротливым, забираясь в свою ракушку, из которой его невозможно было выкурить. И было еще кое-что: он никогда не извинялся первым. Ни при каких обстоятельствах. В этом выражалась неподъемная монолитность его натуры. Волей-неволей мне приходилось быть разной рядом с ним. Внимательно следить за  переменами его настроения, которое к счастью, отличалось, как правило, завидным постоянством. И все же сейчас он задел особую сферу чувств  и я не выдержала  такого грубого вмешательства. Во мне впервые в жизни подала голос женщина, которая хотела сама решать, кому и что она вольна рассказывать. Я полностью признавала свою вину, даже раскаивалась, но признаться в этом брату, означало терпеть его покровительство и дальше. Выбор у меня был невелик: или оставаться его младшей сестренкой, или маленькой бездушной дрянью. Поэтому защищаясь, я постаралась побольнее его ударить и мне это удалось.  В тишине комнаты громко прозвенела пощечина, после чего волна его ярости, кажется, схлынула. Левую половину лица нестерпимо жгло. Ладонь все же у Джека была широкая.  Слезы были самой естественной реакцией на такую несправедливость, но я сдержалась. Чтобы он признал меня равной себе и достаточно взрослой я должна вести себя соответственно.

А потом прозвучала его четкая команда: «Собирай вещи и убирайся». Все мысли разом испарились из моей головы, кроме фразы, сказанной братом. Снова и снова, с докучливой навязчивостью мухи, эти слова кружили вокруг меня. Мое тело пришло в движение даже против моей воли, точно кто-то могущественный дергал мои руки и ноги за невидимые глазу нити. Я повернулась, подошла к шкафу, внешне полностью спокойная, на самом деле я  была скованна ужасом и не осознавала, что происходит. Потом я распахнула дверцы, достала из ниши дорожный рюкзак и стала аккуратно, буднично складывать одежду в сумку. «Стой! – приказала я себе мысленно, - Остановись! Что ты делаешь? Я этого не хочу! Прекрати!» Но руки продолжали впихивать вещи в сумку. Потом хлопнула дверь и я застыла. Точно исчезло что-то заставляющее меня действовать. Я тупо уставилась на свои руки, они дрожали и казались восковыми в слабом свете ночника. Я несколько раз моргнула, приводя себя в чувство и обернулась. Джека не было в комнате. 

- Все это он.

Глупо было отрицать очевидное, я только что полностью находилась под его контролем. А значит, Джек тоже мутант, интересно знает ли он об этом? А если знает то, как давно? Что это было? Гипноз? Но как? Может ли загипнотизированный человек помнить все, что с ним было? Кажется, да. Но может ли он в это время осознавать себя? В любом случае, Джек опасен.  Даже для самого себя. Особенно для себя… Разве он справится в одиночку? Какой же дурой я была, пытаясь настоять на своем! Ну что мне стоило согласиться с ним? Сейчас Джек может натворить бед, а потом будет винить себя. Я резко, не задумываясь, бросилась к нему в комнату. Там, разумеется, никого не оказалось.  Поэтому я уже почти подошла обратно к двери, как услышала скрип ступеней, а через секунду,  дверная ручка крутанулась, и в комнату вошел Джек. Он зажег свет и не глядя на меня прошел к кровати. Молча скинул кеды и так же молча растянулся на постели, всем своим видом показывая, что общаться со мной он не собирается. Его молчание странным образом действовало на меня. Оно одновременно еще больше пугало и вселяло надежду. Я очень медленно обошла его кровать и присела на корточки рядом у изголовья кровати.

–   Ты мне челюсть сломал! – невпопад брякнула я, заставляя его заметить меня.

– Зачем ты так со мной? – попыталась разжалобить его я, хотя конечно знала, что ничего в нем не отзовется. На самом деле сейчас я рисковала куда больше чем несколько минут назад. Я сама засовывала голову в пасть голодному льву, которого предварительно раздразнила. Конечно, я не знала, как себя вести, но понимала, что так оставлять его нельзя.

–  Я – мутант, Джек. Бессмысленно это отрицать. Ты не сможешь уберечь меня от всего на свете, - я несмело протянула руку и коснулась его коротких, мягких как у ребенка волос, - Я не хочу все время бояться. Прости, что рассказала Нику, это вышло само собой. Если хочешь, я сама сегодня же сдамся, чтобы не подвергать вас опасности?

Отредактировано Jane Hayes (2016-07-06 07:55:15)

+2

18

На смену легкости пришла тяжесть, словно меня придавила к кровати огромная бетонная плита. Невозможно было даже разлепить пунцовые веки. Интересно, у меня грудная клетка еще поднимается при дыхании? Джен по-прежнему находилась в комнате. Мне не нужно было открывать глаза, а ей шуметь, чтобы выдать свое присутствие. Я просто знал, что она тут. Но сейчас меня это волновало меньше всего. Я пытался собрать себя во что-то более-менее целое, и понять, что со мной произошло. Раз за разом прогонял свой короткий разговор с соседом - две фразы, его и моя. Вот он поворачивается и уходит, а в глазах немой вопрос "А что я делаю?!". Ведь он пришел выяснить причину шума, и моих слов ему вдруг стало достаточно чтобы уйти. И я знал... Знал? Ну да, именно, знал, что он так сделает, что он... подчинится? Да, наверное так, подчинится моим словам, моей воле. Но почему, черт возьми?! Я был не в силах проводить хоть какой-то анализ. Сейчас я был просто телом, лежащим на кровати Я даже не уверен, был ли я, существовал ли. Или я наблюдаю за всем со стороны. Стоп. А может я умер? Не знаю, понял, что только что поднял руку на сестру, вообще вел себя не так, как обычно, не заметил ступеньку и упал, сломав себе шею? Все мои ощущения говорили именно об этом: я не осознавал себя и свое тело как единое целое. Давящая тяжесть в области груди и при этом совершенно пустая голова.
Из состояния коматоза меня вывел ее голос. Что? Что ты там сказала? Не можешь найти свой чемодан? Мой бери и проваливай. А, нет, челюсть я тебе сломал. Хм... Слишком ты разговорчива для того, кому только что сломали челюсть.

Что ей еще нужно? Я видел, как она отправилась собирать вещи. Что же остановилась?  Пришла полюбопытствовать не лезу я тут в петлю. Ну а как еще может поступить человек, которому только что сообщили, что его жизнь ничто и он может смело спустить ее в унитаз. Где-то в глубине души начала поднимать голову старая боль. Так уже было, я помню. Вычеркнуть Джен из своей жизни мне будет гораздо труднее, чем отца. Но я это сделаю. Время самый лучший помощник.  В конце концов, она права - она уже не маленькая, сама прекрасно справится. А мне, наверное, нужно начать делать то, что я так и не начал с уходом отца - строить свою жизнь, в которой не будет место подтиранию носа, беспокойству по поводу и без. Все. Кажется, я все же умер. Джек, который вошел в этот дом час назад, перестал существовать. Так кто же я теперь?

И опять ее голос и, на этот раз, прикосновение. Если бы я мог, то отбросил ее руку от себя - не хочу, чтобы она меня касалось, не желаю, чтобы меня вообще кто-то трогал. Но этот ее жест сбросил оцепенение с моего тела. Я чуть дернулся, скорее рефлекторно, чем намеренно.
Я не буду больше опекать тебя, Джен. Мне хватит и того, что уже есть. Другому ты бы не рассказала. Не ври хотя бы себе, а, впрочем, теперь это всецело твой выбор.
- Делай. Что. Хочешь, - это я сказал? Голос был совершенно не мой, такой пустой, безэмоциональный и холодный. Интересно, она вообще представляет последствия своей сдачи? Или она, работая столько времени в полиции, так и не узнала, что укрывательство мутанта является преступлением. А, учитывая, то мы еще и родственники, в лабораторию вместе с ней загремим еще и мы. Мама, которая пока еще даже не знает, что произошло сегодня ночью. И я.
Я?
- Только не забудь предупредить нас, когда пойдешь сдаваться. Чтобы мы успели хотя бы вещи собрать, - я по-прежнему не открывал глаз, хотя и прекрасно знал, где сейчас Джен. - Ты же не думаешь, что ТУК упустит из виду тот факт, что мы твоя семья. Которая, кстати сказать, скрывала мутанта столько времени.

Отредактировано Jack Hayes (2016-07-05 21:40:28)

+2

19

Я ждала вот сейчас он скажет что-нибудь в своем духе: «Ты как-то слишком разговорчива, для того кому сломали челюсть!» Но он молчал. Застыл в одной статичной позе и кажется, даже дышать перестал.  Внезапно мне стало очень страшно. Захотелось броситься на него с кулаками, завопить что-нибудь безумное, растормошить его, чтобы он открыл глаза, посмотрел на меня. Теперь мне было уже плевать, что он сделает. Да, пусть хоть убьет меня! Но лучше так чем безразличие.

Мы редко ссорились. И причина здесь была скорее в том, что любой даже малейший раздор между нами я воспринимала как величайшую трагедию. Я с детства ходила за Джеком хвостом, поэтому даже мысль, что он может вычеркнуть меня из своей жизни, казалась мне невероятной. Я знаю, другие могут повздорить и несколько дней не разговаривать, но мы всегда мирились в тот же день. Мы считали: нельзя ложиться спать затаив обиду. Какие бы разногласия между нами не происходили, мы друг для друга были самыми важными людьми.  Поэтому, невзирая на страх, подгоняемая беспокойством,  я пришла к нему. Конечно, я боялась, что снова превращусь в его послушную марионетку, а он прикажет мне выпрыгнуть в окно или что-нибудь еще похлеще, фантазия у брата богатая.  Но  он был рядом со мной, когда я умирала от прививки. А я держалась из последних сил, чтобы никого не пугать. Пыталась. Неужели сейчас, когда я так ему нужна, я трусливо могу спрятаться в своей комнате?  Неужели я могу бросить его, в тот момент, когда мое присутствие нужнее всего?
Он вздрогнул, когда моя рука, коснулась его волос, и я испуганно отдернула руку. Я почувствовала себя прокаженной, больной смертельной болезнью, которая позабыла об этом и потянулась к единственному родному человеку, тем обрекая и его на ту же участь.

- Делай. Что. Хочешь, - его слова упали как камни в пустой колодец, и долго еще звук падения эхом отскакивал от стен. Я неуклюже, на не разгибающихся ногах, чуть приподнялась над полом и вцепилась рукой за прикроватную тумбочку. В одно мгновение, стало нечем дышать.  Я как выброшенная на берег рыба,  ловила воздух ртом. Кажется, я была близка к истерике. Тогда я опять безвольно опустилась на пол и закрыла лицо руками. А он продолжал лежать с закрытыми глазами, ко всему безразличный, распиная меня своим презрением. Неужели я настолько провинилась? Ну что я такого сделала?

Так, ладно, Джейн, хватит! Возьми себя в руки.  Иди и сделай то, что намеревалась. Сдайся уже. Покончи с этими двойными стандартами.  Я бесшумно поднялась и направилась к двери, но его слова настигли меня и заставили остановиться.
- Я скажу, что мутация проявилась недавно, и я не хотела подвергать вас опасности.  Думаю, мне поверят, - сказала я, как всегда слепо веря в высшую справедливость.

+2

20

Равнодушие - лучший способ причинить другому человеку боль, не прилагая к этому абсолютно никаких усилий. Все, что мне нужно было делать, это просто продолжать лежать, игнорируя слова сестры. Но, разве я действительно стремился сделать ей больно? Я никогда не прибегал к подобному, знаю, как будет себя чувствовать при этом Джен. А сейчас, сознательно ли я так холоден и безэмоционален?
Я прислушался к себе - все тактильные ощущения были иными. Может это последствия нервов. Хотя нет, Джек, давай смотреть правде в глаза, ты не нежная фиалка, чтобы от такого, пусть и сильного, скандала вcе твои ощущения переменились. Но было именно так: одежда, прикасающаяся к моему телу, подушка под головой, одеяло, что мне дарила Джейн - все это было для меня другим. Словно я с другой стороны начинаю узнавать привычные мне вещи. Так это изменились они или я?

Трудно сказать, сколько бы я так пролежал, но сестре удалось вывести меня из состояния живого овоща. Дурочка, собирается сдаться и верит в то, что ее семью оставят без внимания. Наивная, глупая девчонка! И это ты несколькими минутами назад кричала во все горло, что сама со всем справишься, что тебе не нужны ни забота, ни опека.
- Да, поверят, - контроль над телом ко мне вернулся, но не над голосом. Он был все такой же холодный и безучастный. - Только сразу спроси, кто из них самый тупой. К нему и иди.
Пусть идет на все четыре стороны. В ТУК, к Ноксу, мне плевать.
Боже, Джек, ты это серьезно? Сможешь вот так стереть ее из своей жизни, из памяти и из сердца? Отца же смог.
Да, смог. Но с ним все было иначе. Отец был для меня кумиром. Человеком, на которого я с детства мечтал быть похожим, кому подражал буквально во всем. Оставив нас, он лишил меня этого недостижимого идеала. Я понял тогда, что нет никого, кто был бы совершенен. Людям свойственно носить много масок, которые они используют в нужный момент. Но я точно знаю, что без отца я стал для Джейн тем идеалом, за которым она пошла. Сестра права, ей не место в полиции. И дело тут не в ее слабости или доверчивости. Хотя, и в них тоже. Просто это не нее. Но она решилась на такой шаг, потому, что я уже носил форму.
Когда мы были еще совсем детьми мне нравилось дергать ее за рыжие косички,  дразнить. Но стоило кому-то другому поступить также, я сразу вставал на сторону сестры. Я защищал ее всегда. Даже в наши редкие ссоры в юности, я продолжал защищать ее даже перед собой. Оправдывать ее поступки. Неужели сейчас все будет иначе? Неужели мы закончим вот так?

Я медленно открыл глаза - свет от лампы тут же этим воспользовался.
- А, черт! - зашипел я  и сел, потирая глаза. Джейн стояла возле двери, так и не решившись выйти.
- Твоя сдача ничего не изменит, кроме нашего общего местоположения, - я потер виски, стараясь отогнать мысли о соседе. - Тебя арестуют и запрут в лаборатории. Будут ставить опыты, тыкать в тебя иголками, пичкать всевозможными препаратами, наблюдая за реакцией твоего организма.
Я очень медленно встал и сделал один неуверенный шаг по направлению к сестре. Тело послушалось не сразу, и мне даже показалось, что до этого момента я никогда не ходил. Нет, конечно, я знаю, что ходил, но это все было не по-настоящему. Лишь сейчас ощущения от движения моего тела стали более острыми и свежими.
- А пока ты будешь лабораторной крыской, меня выпрут со службы за сокрытие мутанта - хорошо, если не посадят. А маму с ее работы выгонят, - еще шаг чуть более уверенный. - И, конечно же, властям будет интересно, один ли в нашей семье мутант или мы тоже такие же. Так что вскоре, мы вновь все встретимся. Возможно даже, они будут настолько гуманны, что посадят нас в общую клетку.
Сейчас я стоял прямо за Джейн, так близко, что до меня доходил едва уловимый запах ее духов. И что теперь? Я был виноват перед ней. Что бы она не натворила, я не имел никакого права ее бить. Пусть это была пощечина, а не настоящий удар, это не имеет значения, я не должен был так поступать. Но слова извинения просто застревали в горле. Я не мог их произнести - слишком больно ей удалось сделать мне на этот раз. Не знаю, осознает ли она сейчас, что говорила, но я-то прекрасно все осознаю. Я и без тебя знал всегда, что в моей жизни нет ничего. Что она пуста. Моя служба, долг и семья. Первое я могу потерять, последнее только сегодня послало меня очень далеко. Останется только долг.... нда, не густо.
- Неужели ты всего этого хочешь? - наконец мне удалось вернуть свой голос. Теперь в нем звучала горечь, которую я никак не мог спрятать за словами. - Не только для нас, но и для себя? Тебе нужно такое будущее? Вернее, отсутствие такового. Потому, что оказавшись там, ты лишишь себя возможности жить дальше. Только не при нашей нынешней системе. Нет. Хочешь всего этого? Зачем? Почему? К чему эта жертва? Хочешь последовать за Ноксом? Что он такого сказал, что ты могла все это сотворить, Джейн? Нет ничего геройского в жертве без смысла. Кого ты ей спасешь?

Отредактировано Jack Hayes (2016-07-12 10:04:56)

+2

21

В моей голове и сердце царил такой жуткий сумбур, что я с готовностью  сдалась кому угодно, лишь бы прекратить эту ужасную отповедь. Несколько мгновений назад я была близка к нервному срыву и слезы уже начали щипать мне глаза. Но стоило Джеку заговорить, как я взяла себя в руки. Конечно, я прекрасно понимала, что он прав, однако упорно отказывалась в это верить. Куда проще было убедить, что мои проблемы не должны касаться моей семьи.

И все это из-за одной несчастной фразы брошенной Нику. А еще говорят, что только женщины умеют устраивать скандал на пустом месте, превращая незначительное событие в шекспировскую драму! Мужчины, на мой взгляд, ничуть не отстают в умении все портить и усложнять. Наверняка, Джек воспринял мой поступок, как эдакое предательство. Как же он не поймет: я не могу отказаться от Ника! Он мой лучший друг, для меня он всегда был частью моей семьи и так просто вычеркнуть его из жизни я не могу. Бросить близкого человека, когда он нуждается в тебе – это и есть предательство. Пока Джек говорил, я не мешала ему высказываться. Глупо было спорить с братом, или пытаться оправдаться. Если детективы начнут копать, то его причастность к укрытию моей мутации обнаружится. В том случае, конечно, если мои слова никого не убедят. А кто будет верить мутанту? Может быть, я сужу людей по себе и Джек прав во всем? Тогда не удивительно, почему существует Сопротивление! Закон должен быть высшей справедливостью. Но если права других людей ущемляются, где же тут справедливость? За свои злодеяния Нику все равно придется ответить, не перед людьми, так хотя бы перед своей совестью. Представить не могу, как он спит по ночам. Но он всегда был высоконравственным человеком и я убеждена, что сейчас ему очень тяжело и он как никогда нуждается в поддержке. Ник – жертва обстоятельств, на его месте мог бы оказаться каждый. Как Джек не может понять всего этого?

- Мне нужно будущее, где мутантам ничего не будет угрожать. Ничего не изменилось, Джек. Не способности превращают людей в преступников. Негодяи есть среди любого народа. Мы не должны гнобить одних, и ждать, что угнетаемые с этим смирятся! Но я не собираюсь присоединяться к Сопротивлению!
– резко заявила я, - Если уж бороться, то честно, а не бить исподтишка. Я хочу помочь Нику и многим другим. Но для этого нужно чтобы весь мир изменил свою точку зрения. Как это сделать я пока не знаю, но уж точно не с помощью террора и насилия.

Я замолчала, упрямо поджала губы и с вызовом посмотрела на брата. «Почему ты не можешь поверить в меня? Я больше не маленькая девочка! Позволь мне жить собственной жизнью, ведь мне так  нужна твоя поддержка!» Мне захотелось к нему прикоснуться, но я боялась, что он снова оттолкнет меня, и что стало бы со мной в после этого я не знала… Наверное, тогда я бы расплакалась, окончательно сломалась, а я обязана быть сильной, поэтому я стояла в шаге от него и буравила его решительным взглядом.

- Ты же знаешь, я никогда не брошу тебя. Но мы не можем так жить! Ты должен верить мне. Ты должен позволить мне самой решать, кому доверять, а кому нет. Но разве это означает, что я предаю тебя? Мы всегда будем вместе, никто и ничто на свете, не способно нас разлучить. Только будь со мной, Джек.

Отредактировано Jane Hayes (2016-07-26 12:26:44)

+2

22

Я стоял напротив Джейн, слушая ее жаркую речь про несправедливость системы и законов, по которым мы должны жить, и еле заметная усмешка коснулась моего лица. Ничего не смог с собой поделать - слова сестры вызывали глубоко во мне улыбку. Не добрую и радостную, а ядовитую. Она наивна. Господи, до какой же степени она наивна!
- Джейн, - проговорил я и резко замолчал. Имя сестры вдруг показалось мне чем-то совершенно не знакомым. Я повторил его еще раз чуть слышно, одними губами, словно пробуя на вкус. Со мной однозначно что-то не так. С моим телом, ощущениями, эмоциями. Что-то изменилось настолько, что я сам себе казался сейчас чужим существом.
Я внимательно посмотрел на Джейн. Ее рыжие волосы, глаза, губы - я знаю каждую черточку ее лица. Если бы были способности к рисованию, мог бы среди ночи с закрытыми глазами написать ее портрет. Но сейчас я смотрел на нее так, словно видел первый раз в жизни. Кто это молодая женщина, что сейчас стоит передо мной? Наверно я слишком долго глазел на нее. Представляю, что Джейн могла в это время подумать.
- Джейн, ты наивна, - наконец изрек я. Надо заканчивать этот разговор. Отправить Джейн спать, а самому подумать обо всем, что случилось сегодня. Особенно о том, что случилось со мной. - Думаешь, что все вокруг видят мир твоими глазами. Знаешь сколько людей не готовы принять мутантов? Страх рождает в людях все, что им незнакомо, что сильнее их, что может таить в себе угрозу.
Я вновь замолчал. Черт, а ведь я говорю про себя! Сейчас я и вправду боюсь.  Я не знаю, что со мной, и не могу на это никак повлиять. И, да, мне страшно, что могу навредить Джейн, маме или кому-то еще.
- Попытка ограничить свободу всегда будет вызывать сопротивление. А оно, в свою очередь, приведет к насилию. Это замкнутый круг, по которому движется наша система, - сколько раз я задавался вопросом о справедливости такого подхода! И однозначного ответа для себя я пока не нашел. В своей службе я, чаще всего, ориентируюсь на личные моральные ценности, когда закон перестает быть объективным гарантом равенства прав и свобод для всех. Но мутанты... Это отдельная тема. Черт возьми, да я злился на них всех за Джейн! За то, что она такая. За то, что своими действиями они, не зная этого, подвергают ее опасности. - Мир не изменится по щелчку пальцев. Как ты хочешь помочь Ноксу? Скажешь всем, что он лишь жертва и его вины нет? Джейн, семьям погибших ты скажешь тоже самое?
Я почувствовал, что опять начинаю заводиться. Разговоры о Ноксе явно не шли мне на пользу. Если я продолжу в том же духе, то мы вернемся к тому, с чего начали.

К счастью, заговорила Джейн. Почему-то ее слова не приносят мне уверенности, что все будет именно так, как она говорит.
"Всегда будем вместе? Ничто не способно нас разлучить?" После сегодняшней ночи это звучит совсем не убедительно.  Я могу сходу назвать как минимум двоих людей, которые могут нас разлучить: Джейн и Джек Хейсы. Мое стремление ее защитить и огородить от неприятностей и боли, и ее желание жить самостоятельно и наступать самой на грабли, если случится. Как это можно приравнять к одному знаменателю?
- Ты решаешь не только за себя, Джейн. Твои решения затрагивают и твою семью, - слова мне давались с трудом - еще одного скандала я не хотел. Но признание своей неправоты так и застревало в горле. - Я могу сколько угодно защищать тебя - даже, как видно, против твоего желания - но от тебя самой я защитить тебя не смогу.
Мне захотелось обнять ее, прижать к себе, как я делал миллионы раз. Но вместо этого я лишь аккуратно обнял ее за плечи. После того, как я позволил себе поднять на Джейн руку, не уверен, что она с радостью примет мои объятия. А пугать ее больше, чем я уже есть, я не хотел.
Ее слова про пустоту в моей жизни волной накатились на меня вновь. Хорошо, Джейн, я прекрасно об этом знаю, и знаю, ЧТО на сам деле это значит. Но для тебя я такого не хочу.
- Ты слишком дорога мне, чтобы я мог так просто вычеркнуть тебя из своей жизни. Не зависимо от того, что я сказал или услышал сегодня, я всегда буду рядом.

Отредактировано Jack Hayes (2016-08-19 23:37:10)

+2

23

Я солгу, если скажу, что меня никогда не упрекали в наивности. Долгое время я стыдилась подобной характеристики, считая ее синонимом глупости. Пока не поняла, что делаю этот выбор вполне осознанно. Моя «наивность» берет начало из веры, что лучше двадцать раз ошибиться в человеке, чем относится к каждому с подозрением.  Неразумно? Возможно, но иначе я жить не умею.

И все-таки слова Джека меня задели. Зачем я вообще пришла? Он не желает ни слышать меня, ни говорить со мной. Глаза и нос предательски щипало, но я заставила себя держаться. Ради него я должна проглотить обиду. Я должна быть сильнее и сделать еще шаг на встречу. Сделать тысячу шагов, если потребуется, потому что это мой брат. Ближе человека у меня нет.
Пусть он меня не слышит, пусть не пытается понять, я не сдамся. Я заставлю его услышать себя. Я найду способ убедить его в том, что со мной нужно считаться. Вроде только недавно я признала свою вину и попросила прощения. Но, похоже,  Джеку мое раскаяние показалось недостаточным, а объяснение настолько смехотворным, что он еще раз повторил слова, которые произвели на меня особенно сильное впечатление. Как же просто можно разрушить чужие иллюзии, если вашему мнению доверяют, если вас любят.  Как долго я смогу сопротивляться и  беречь чувства к Нику в своем сердце, если благодаря Джеку я уже ощущаю себя соучастницей  преступлений Нокса?  Может быть поэтому, даже его прощение не принесло мне утешения. А его руки на моих плечах не дарили, прежней теплоты. В самом ли деле он простил меня, или в глубине души снова затаил обиду? А я сама? Что произошло со мной? Я едва держусь на ногах, этот бессмысленный спор отобрал все мои силы. Способна ли я сопротивляться его несгибаемой воле и закостенелой убежденности, но так чтобы он понял, что я борюсь за него, а не против?!

- Мир не изменится. Пока ты не изменишься сам, - упрямо глядя на него отвечала я разом на все сказанное им раньше.
- Не нужно бежать от себя. Ты должен понять, кто ты есть на самом деле, Джек. Понять и принять это. Ты же понял, что этим вечером с тобой произошло что-то, - я на мгновение задумалась, подыскивая правильное слово, - необычное. Что с тобой произошло,  Джек? – я прикоснулась к его лицу и почувствовала, как ладонь легко покалывает жесткая короткая щетина.  Разве я могу позволить разногласием встать между нами? Семья – единственное,  чем человек может дорожить по-настоящему. Кому еще он нужен как не своим родным?

- Ты говоришь о страхе, но я не хочу об этом думать… Я  хочу думать о том, что я могу сделать. Как я могу изменить безвыходную ситуацию. И  я хочу, чтобы ты делал тоже самое! Вместе мы способны на все. Я не откажусь от того во что верю!

+1

24

Смысл слов Джейн медленно, но верно начинал доходить до моего сознания. «Что с тобой произошло?» То есть, это заметил не только я. Но как? С чего она взяла, что со мной что-то не так? Пускай это и было чистейшей правдой. Я не мог найти этому объяснение. Я даже не мог точно сказать, а что же именно случилось. Наверное, первый раз за свою жизнь я совершенно не владел ситуацией. Я не знал о природе случившегося, и я не мог гарантировать, что в следующую секунду это не произойдет вновь. Да и что "ЭТО"?

Я попытался восстановить цепочку событий сегодняшнего вечера. Начало разговора, наша ссора, моя пощечина… Где, в какой момент я понял, что со мной происходит что-то. Необычное? О, нет, Джейн, это совсем неподходящее слово. Чувство полной потери себя, своего тела, окружающего мира. Здесь больше подошло бы «ужасное» и «пугающее», нежели «необычное». И да, сейчас мне было страшно. Я не контролировал себя, и это приводило меня в ужас.
Прикосновение ее теплых пальцев к моему лицу вырвало меня из тягостных размышлений и заставило вздрогнуть. Почему-то сейчас мне показалось, что это я младший брат, и это мне нужна поддержка. Именно это я прочитал во взгляде Джейн. Сегодня просто ночь странных событий: я - и вдруг нуждаюсь в помощи.

- О чем ты? - мне нужно было понять, что видела Джейн, когда мы ссорились. - От чего мне не следует убегать, Джейн? Почему ты вообще решила, что со мной что-то произошло?
Я все также стоял рядом с сестрой, обнимая ее за плечи. Принять? Что я должен принять? Какого черта тут вообще происходит?! Я почувствовал, как наряду со страхом во мне начинает подниматься гнев. Я не мог понять, к чему клонит Джейн, и от этого начинал злиться. Ненавижу быть беспомощным. С детства презирал это чувство в себе, стоило тому хоть немного поднять голову. И вот сейчас, на пороге третьего десятка, я не могу точно определить, что со мной происходит. Блеск! Отлично, Джек, просто отлично!

- Безвыходных ситуаций не бывает, Джейн. Но иногда имеющийся в нашем распоряжении выход ведет нас по кругу. Я рад, что ты настолько тверда в своих убеждениях и верна им, правда. Но я не хочу, чтобы твои же убеждения навредили тебе самой.

+1


Вы здесь » Millenium » Архив эпизодов » Все тайны младшей сестры


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC